Эти чувства пришли через себя. Поиск самой линии и фигуры и ее повороты, это поиск психосоматический. Когда я рисую, то просто архитектурную композицию, например, тело Апполона, у меня тело никак не реагирует. А по мере того, как я вырабатывал НейроГрафическую линию я стал ощущать, что тело включается в процесс, более того, включается через сопротивление. И как будто бы все против того, чтобы эту линию вести. И вот тогда начались эксперименты психологические, тогда я понял соматическую составляющую и стал ставить психологические эксперименты. А если актуализировать вопрос, на какую тему мое тело сопротивляется? Не бывает, чтобы сознание вне тела существовало или тело вне сознания — это одна система. Поэтому если телу трудно, значит сознание в это время что-то перерабатывает. Значит надо определить, что же сознание перерабатывает, чтобы через переработку и трансформацию телесной трудности трансформировать сознание. Я несколько месяцев сидел и линии рисовал, конечно, это был кошмар для окружающих. Потому что, когда моя жена была в некоторой панике, братья родные говорили, что я вообще с ума сошел, все люди живут, работают, а ты лето тратишь, чтобы линии рисовать. Я отшучивался, но знал, что как-то хорошо идет. Потому что у меня начались изменения в тех областях, которые я стал актуализировать ментально и пускать в художественную работу. А потом начались эксперименты по согласованию с людьми. Я собирал фокус-группы, на темы: мужское & женское, финансов, здоровья, карьеры и стали наблюдать, что у всех наблюдаются позитивные изменения.
От сюда и пошло развитие метода. Мы первая в мире научная школа коучинга. И это тоже очень важно, потому что коучинг с одной стороны возник как явление в мировой практике, в гуманитарной практике, что означает сопровождение до результата.